Первая русская боевая субмарина «Дельфин» — единственная в нашем флоте к началу русско-японской войны — была построена в городе на Неве в 1903 г. До нее в 1901 — 1902 гг. в Кронштадтском отделении Балтийского завода по проекту лейтенанта Е. Колбасьева в обстановке строжайшей секретности была создана подлодка «Петр Кошка». Но это был полуэкспериментальный корабль, оснащенный только электродвигателем, работавшим от аккумуляторных батарей. Его даже не зачислили в списки флота, а в документах морского ведомства сведений о нем почти не сохранилось. Известно лишь, что водоизмещение субмарины составляло 20 тонн, экипаж — 2 человека, вооружение — 2 торпедных аппарата, скорость хода — 6 узлов, дальность плавания — 15 миль. Боевая ценность «Петра Кошки» была невелика. Состояние подводного флота того времени отражало отношение высшего руководства флота к новому типу корабля. В официальную классификацию кораблей и судов Русского Императорского флота, утвержденную 30 декабря 1891 г., класс подводных лодок, которые прежде числились в разряде миноносцев, был внесен лишь 6 (по новому стилю 19) марта 1906 г. Этот день считается официальной датой рождения подводного флота России. Русско-японская война дала толчок решению российского правительства о создании регулярного подводного флота. К концу войны во Владивостоке было уже 13 подлодок. По мнению военно-морских историков, именно субмарины спасли Владивосток от прямого нападения эскадры Камимуры, а после Цусимы — и от флота адмирала Того. Идея использования субмарин получила тогда широкое распространение. В Порт-Артуре техник путей сообщения М. Налетов первым в мире предложил перевооружить подлодку минами заграждения. Свое значение субмарины подтвердили в ходе Первой мировой войны. За ее годы на всех морских театрах 600 подлодок потопили 237 боевых кораблей и около 19 млн. тонн торгового тоннажа. После Гражданской войны у разрушенной России оставалось лишь 9 подлодок типа «Барс» конструкции И. Бубнова. Поэтому в ноябре 1926 г. Совет труда и обороны СССР утвердил первую программу кораблестроения, которой предписывалось построить 12 субмарин. По следующей программе, приуроченной ко второй пятилетке, было построено 137 подводных лодок. Политические факторы, влиявшие на создание и боевое использование подводного флота Страны Советов, как нигде ярко проявились на Тихом океане. Проиграв русско-японскую войну, Россия по условиям Портсмутского мирного договора взяла на себя обязательство в течение 30 лет не развивать подводный компонент своих военно-морских сил на Дальнем Востоке. Советское правительство в 1925 г. при установлении дипломатических отношений с Японией вынуждено было согласиться соблюдать положения мирного договора. Поэтому, когда в 1932 г. начались работы в области подводного кораблестроения на Тихом океане, их окружили плотной завесой секретности. Малые лодки привозили целиком по железной дороге с Черного моря и Балтики. Средние «Щука», специального разборного типа «У», транспортировали по частям в ящиках с надписью «Сельхозтехника». Стройплощадку выбрали в самом дальнем конце Владивостокской бухты, окружили ее глухим забором, со стороны воды занавесили полотнищами. На производственных совещаниях судостроители употребляли выражения «объект №...», само слово подлодка было запрещено. Даже Тихоокеанский флот стал именоваться флотом с 11 января 1935 г., когда истекли условия договора. До этого в ходу было обтекаемое название «Морские силы Дальнего Востока». В предвоенные годы Япония считалась потенциальным противником №1, поэтому отечественные субмарины бороздили воды Тихого океана, как нигде интенсивно, круглогодично, подо льдом в группе и на полную автономность. Во второй половине 1935 г., к примеру, субмарина Щ-103 «Карп» под командованием Е. Полтавского совершила непрерывное 58-часовое подводное плавание под электромоторами, пройдя 150 миль, что значительно превысило проектную норму. В декабре 1935 г. 13 командиров подлодок наградили орденами. В январе следующего года подлодка Щ-117 под во главе с Н. Египко вышла в море с задачей — пробыть в походе столько, сколько выдержит экипаж. Проектную автономность перекрыли в 2 раза. 3 апреля 1936 г. всех членов экипажа наградили орденами. Так в нашем флоте появился первый полностью орденоносный экипаж, вероятно подобных аналогов в мире нет. По мнению ряда аналитиков, к началу Великой Отечественной войны у СССР был самый мощный подводный флот в мире. К середине 1941 г. он располагал 212 ПЛ. У США их было 89, у фашистской Германии — 57 подлодок. По разнообразию задач советские подлодки были наиболее универсальными силами ВМФ. Они вели борьбу на морских коммуникациях противника, защищали свои морские коммуникации, ставили мины, вели разведку, несли дозор, перевозили людей и грузы, осуществляли навигационно-гидрографическое обеспечение сил флота. Удары советских подлодок оказались весьма чувствительными для фашистов. Вот некоторые примеры. Много побед внесли в летопись Великой Отечественной войны и подводники-североморцы. В июле 1942 г. к берегам Советского Союза (в Мурманск) из Исландии шел конвой «PQ-17» с грузами по ленд-лизу, сформированный союзниками. Для его уничтожения немцы направили эскадру — линкор «Тирпиц», тяжелый крейсер «Адмирал Шеер» и 8 эсминцев. 5 июля около 17 часов возле Альтенфьорда подлодка К-21 капитана 2-го ранга Н. Лунина обнаружила вражескую эскадру. Лунин решил атаковать «Тирпиц». В 18 часов 01 минуту с дистанции около 18 кабельтовых лодка выпустила 4 торпеды. Опасаясь преследования противника, Лунин сразу опустил перископ, лодка ушла на глубину и увеличила скорость. Через 2 минуты 15 секунд акустик доложил о двух взрывах. Лунин передал по радио, что атаковал «Тирпиц». Это донесение перехватили немцы. Гитлеровское командование, считая, что цель похода преждевременно раскрыта, и опасаясь за судьбу новейшего линкора, приказало эскадре возвратиться в базу. В феврале 1945 г. 3 дня гитлеровский рейх находился в трауре, а советского подводника капитана 3-го ранга Александра Маринеско Гитлер объявил личным врагом, врагом Германии и заочно приговорил к смертной казни. Подлодка С-13 под командованием Маринеско 30 января в Данцигской бухте неподалеку от маяка Хела обнаружила в окружении кораблей охранения лайнер «Вильгельм Густлов» — учебную базу фашистского подводного флота и крупный теплоход «Ганза». Корабли охранения располагались мористее, так как гитлеровцы не ожидали действий советских подлодок со стороны берега. Но именно так и решил действовать командир С-13. В 23 часа 8 минут с дистанции 5 кабельтовых был произведен четырехторпедный залп, менее чем через минуту раздались мощные взрывы. Лайнер начал с большим креном на левый борт погружаться в воду. Корабли охранения бросились за лодкой, но она, погрузившись, пошла к месту гибели лайнера. Маринеско учел, что противник в том районе не станет сбрасывать глубинные бомбы, опасаясь изувечить находившихся в воде людей. Дерзкий маневр позволил С-13 оторваться от преследования. На «Вильгельме Густлове» погибли свыше 7 тысяч матросов и офицеров врага, в том числе около 3000 подводников — примерно 70 экипажей для новых подлодок гитлеровцев. Затем 10 февраля на подходе к Данцигской бухте С-13 атаковала и потопила крупный транспорт «Генерал Штойбен» с 3,6 тысячи гитлеровцев на борту. За выдающиеся успехи все члены экипажа С-13 получили награды, а лодка была награждена орденом Красного Знамени. Другая балтийская подлодка — Л-3 — под командованием капитана 3-го ранга В. Коновалова 17 апреля 1945 г. атаковала вражеский конвой и потопила транспорт «Гойя», на котором находились 5385 человек, в том числе около 1300 подводников (около 30 экипажей). Через 2 дня Л-3 одержала новую победу, уничтожив судно с боеприпасами на борту. Коновалов был удостоен звания Героя Советского Союза. Наши подлодки в тяжелых боевых испытаниях подтвердили конструктивные достоинства и надежность. В Баренцевом, Балтийском и Черном морях они уничтожили более 300 транспортов общим водоизмещением свыше 1 млн. тонн и около 100 боевых кораблей врага. За мужество и героизм около 6000 наших подводников были награждены орденами и медалями, 20 из них удостоены звания Героя Советского Союза, 12 лодок стали гвардейскими, 23 награждены орденом Красного Знамени, а подводные лодки Северного флота Д-3, С-56, Щ-402 и М-172 стали одновременно гвардейскими и краснознаменными. Уроки войны привели к бурному развитию подводного кораблестроения во многих странах мира. Подлодки входят в состав флотов уже более сорока иностранных государств. На счету отечественного подводного атомного судостроения немало достижений. Среди них создание крылатых ракет с подводным стартом и применение в широком масштабе титана. В этих направлениях мы были первыми. В нашей стране построены и самые большие подлодки в мире — системы «Тайфун». О качестве наших подлодок говорит то, что Индия и Китай несколько десятилетий покупают субмарины у нас, а не у западноевропейских стран или США. Наши вдвое дешевле, а по боевой эффективности выше. Российские «Варшавянки» благодаря малошумности не обнаруживаются даже самыми современными американскими подлодками типа «Лос-Анджелес» в боевом охранении авианосцев США. Хотя наш флот переживает не самые лучшие времена, он по-прежнему остается одним из сильнейших в мире. Отечественные субмарины выполняют задачи вдали от родных берегов. Одно из свидетельств тому — успешный пуск в 2005 г. морской стратегической ракеты «Булава» атомным подводным крейсером Северного флота «Дмитрий Донской». Ракеты такого типа должны поступить на вооружение Российского флота в 2007 г., они предназначены для вооружения новейших АПЛ проекта 955 (типа «Борей»). Две субмарины такого проекта строятся на Северодвинском машиностроительном предприятии. Головная — «Юрий Долгорукий» — будет спущена на воду в конце 2006 г. Вторая — «Александр Невский» — в 2007 г.